— И-и, милая! — замахала она руками на жену. — Езжай обратно. Через недельку приедешь.

— Вы что, врач? — спросил я.

— Я, папаша, тридцать семь годков на этом месте, — сказала бабка.

Я смутился. Главным образом из-за того, что меня назвали папашей. Каковым я еще фактически не был.

Пришла откуда-то женщина-врач и тут же подтвердила бабкин диагноз. Она даже не выслушала жену трубочкой. Трубочки у нее просто не было.

Обманутые в лучших чувствах, мы снова сели в такси. Шофер почему-то смеялся. Видимо, от этого жене снова стало плохо. Она побелела и скрипнула зубами.

— Заворачивай назад! — крикнул я. — Есть у нас в городе приличный роддом или нет?

Шофер тоже скрипнул зубами, но повернул. Мы нашли еще один родильный дом. Там нас встретил молодой врач. Наверное, студент. Он положил руку на живот моей жене и сказал:

— Вы сначала забеременейте, как следует, а потом приезжайте.

Мы поехали беременеть как следует. Я был очень зол на первенца за его штучки. Все утро жена как ни в чем не бывало пела песни из кинофильмов. И вообще она вела себя очень безответственно.

— Слушай, может, у тебя рассасывается? — спросил я.

Но первенец не собирался рассасываться. Более того, вечером жена сказала, что нужно ехать опять.

— Ну, нет! Теперь меня не обманешь, — сказал я. — Подождем до утра.

И я ушел в кухню варить пельмени. Попутно я размышлял о непонятном коварстве нашего первенца. Через пять минут я услышал крик. Кричала жена. Я прибежал в комнату, где уже находилась соседка тетя Маша.

— Какой же ты отец? Разве можно жену до такого доводить?! — набросилась на меня тетя Маша.

— Я ее не доводил. Она сама хотела ребенка, — сказал я.

— Дурак! — сказала тетя Маша.

— Я побегу за машиной, — предложил я.

— Смотри, как бы не пришлось в машине принимать, — покачала головой тетя Маша.