"Не дождешься," – мысленно пробормотала я, начав спешно заглатывать халявное угощение. Видела бы меня моя мама.

– Умница, настоящая оркиха, – удовлетворенно заключил Углук, присел рядом и заразительно зачавкал.

Помолчав, он предложил мне свое сердце.

– Знаешь, Фи, у меня есть домик в Изенгарде аккурат в конце тупика Гниющих отбросов, мамаша старенькая, очень внучков хочет понянчить. Может, после зачистки ты переедешь туда, глядишь, и в наше окошко заглянет счастье. То что ты немая, очень хорошо, зато не будешь поносить меня на весь тупик, когда вернусь крепко навеселе, упившись сока перебродивших мухоморов. Сплетни тоже собирать не будешь, а вот барашка освежевать всегда у тебя будет время. Ты подумай, я не тороплю. Еще в середине его речи я вдруг отчетливо представила себе эти милые картины. Определенно, мое положение становится все более приятным.

– Ты эльфийка, повторяй за мной – я эльфийка, я эльфийка, – горячий шепот Маты вырвал меня из страны грез. Такое мечтание испортила, а ещё селер – сестра.

Короткие корявые и засаленные строчки

Бежим уже два дня, днем и ночью, я повторяю спасительную мантру:

– Я эльфийка, я эльфийка, я эльфийка…

Но с каждым часом все меньше верю ей. Положительно, в моей родне кто-то погулял с орком, или какая-нибудь отдаленная прабабушка была не кристально чистокровной.

Еще более корявые и сальные строчки

Бежим четыре дня. Самовнушение не действует. В открытую радуюсь скорому замужеству. Какая я все-таки удачливая оркиха, подцепила начальника колонны.

Домик под земляной крышей, и солнышко в единственном окне. Одно тревожит, понравлюсь ли я его маме.

Совсем корявые наборы слов и большое сальное пятно

Бежим шестые сутки, кушаем на ходу, многие умудряются и переобуваться тоже на бегу.