«Семен, здорова. Удивлен? Это Стас, позвони мне, есть предложение».

Со Стасом мы служили в ДШБ, то есть в десантно-штурмовом батальоне. Вместе прыгали с парашюта, вместе получали по шее, в общем, все делали вместе. Странно!? Откуда у него мой номер? Я собирался разыскать его, потратив на это свой, положенный мне по закону отпуск. И вот, пожалуйста. Стас сам меня нашел. Не откладывая дело в долгий ящик, я набрал номер Стаса.

— Семен, ты?

— Я, здорова, как ты меня нашел?

— Секрет фирмы, — раздался в трубке смех Стаса. — Ты-то сам как? Работаешь, женат?

— Работаю, так, по-мелочи. А вешать хомут на шею, что-то не тянет.

— Узнаю старого бабника. Помнишь, как в самоволку к девкам из швейного технаря бегали?

— Конечно, помню, было время приятное.

— Слушай, Сёма, разговор есть. Надо нам пересечься, за парой чашек водки, ты как на это дело смотришь?

— Очень даже положительно. Кстати, с понедельника я в отпуске. А ты где сейчас? В каком городе обосновался, может, я подскочу?

— Не гони лошадей. В понедельник утром буду у тебя. Диктуй адрес.

Я продиктовал Стасу адрес. Сославшись на загруженность, «дела», как выразился он, мы распрощались.

Вот так и началась история моей сверхсрочной службы. Службы в закрытом подразделении. Официально, все мы числились в ДДО «Сармат». То есть в десантно-диверсионном отряде. Но фактически, занимались тем, что скажут наши начальники. Что меня привлекло в предложении Стаса? Да все просто: во-первых, возможность почувствовать свою необходимость; во-вторых, солидная заработная плата по контракту, на гражданке мне такой не видать, как своих ушей; в-третьих, новое воинское звание капитана, которое присвоили сразу с подписанием контракта; и, в-четвертых, место службы. Вот об этом расскажу подробнее.

Конкретное место расположения нашей группы сказать не могу.