Подружка решилась выйти замуж, и посему я была приглашена свидетельницей на ее свадьбу. Глядя на сияющее лицо Инны, я тихо вздыхала. Не то, чтобы мне хотелось замуж, но, как известно, это дело заразительно. Впрочем, грусть-тоска была быстро и эффективно смыта парой бутылок шампанского, так что в результате мы хорошо повеселились, а потом большую часть воскресенья Нат менял компрессы на моей голове, и бурчал что-то осуждающее о вреде алкоголя. Ну и ладно, я же на самом деле редко позволяю себе так погулять, а повод у нас был действительно уважительный.

В понедельник мне позвонил господин Ямов и сообщил, что бабуля-соседка согласилась быть свидетельницей по его делу, а также продиктовал мне ее паспортные данные. От себя клиент добавил, что бабуля, Ольга Седова, оказалась довольно бойкой и говорливой. Признаться, я была очень этим довольна — именно такие бабули и способны заметить абсолютно все подробности, да к тому же, еще и не тушуются под градом вопросов.

Так что к следующему заседанию мы неплохо подготовились, а остальное можно было сделать лишь непосредственно при допросе.

В этот раз потерпевшая все же соизволила явиться в заседание (еще бы, ведь свидетелей по этому делу маловато, так что прокуратура настояла на вызове потерпевшей). Причем облик и поведение потерпевшей являли собой столь разительный контраст с той юной обольстительницей, которую, по его словам, подвозил мой подзащитный, что это было почти смешно.

Перед нами была невинная юная девушка, почти ребенок, просто земное воплощение богини Идунн. Чисто умытое лицо без малейших следов косметики, платье, скромно прикрывающее коленки, и две каштановые косички, — составляли настолько целомудренный образ, что хотелось погладить эту девочку по голове и дать ей конфетку. А уж подозревать ее в том, что она соблазнила взрослого мужчину, было просто никак невозможно!