Иногда мне снились женщины, но они тоже были нереальны – женщины без лиц. Я имел и другое оружие – собственные руки. В первый раз я задумался об этом тогда, когда отрывал от дивала железную скобу: она легко гнулась в моих пальцах, хотя вполне выдерживала вес моего тела. У меня была странная монета, ни назначения, ни стоимости которой я не помнил – 20 рублей. Оказалось, что я способен гнуть эту монету в пальцах как бумажную. Так же легко я гнул гвозди и прочее. Конечно, такие необычные спобобности были результатом долгих лазаний по стене и особенно зимних висений над пропастью на двух-трех пальцах.

Иногда у меня возникали странные желания – бить, ломать, бросать что-нибудь. Я не сопротивлялся таким желаниям, хотя понимал, что цивилизованный человек себя так не ведет.

Однажды я бросил хорошо заточенное копье в стену и оно застряло в штукатурке. Это дало мне идею – пробить стену и освободиться. Стену, построенную на месте дверей, я не мог пробить из-за массивных бетонных блоков, зато другие стены были потоньше. После двух дней стараний я смог выбраться в соседнюю квартиру. На полу квартиры было несколько голубиных гнезд, которые я сьел вместе с содержимым. Мой желудок способен переварить практически любую пищу. Пара голубей все еще билась в комнате; я поймал их на лету когда они пытались выпорхнуть в окно. После такой сытной еды меня потянуло в сон и я проспал применрно полтора дня. Интересно, что сейчас, когда путь к свободе был открыт, я не спешил. Я так сжился со своим домом, что совсем не хотел покидать его.

Что ждет меня там, на свободе? Мир, которого я не помню и не знаю. Наверное, уже давно наступило третье тысячелетие и люди очень изменились, если не исчезли совсем с лица земли. Я подошел к двери и дернул ручку. Дверь оказалась не запертой, но за ней снова была стена.

Я закричал и стал колотить в стену кулаками. Хотя еще минуту назад я не хотел уходить отсюда, такое разочарование было выше моих сил. Я начал реветь как разьяренный зверь и удивился своему новому голосу – мой голос звучал так громко, что в окне треснуло стекло. Когда я замолчал, то услышал эхо.