Не дожидаясь ответной реплики, она вышла. Дверь автоматически захлопнулась за ней.

Морн была готова разрыдаться. Она чувствовала себя, словно скомканная куча грязного белья, брошенная в угол. Но у нее не оставалось времени для трусости и слез. Само ее выживание было под вопросом. Если она не найдет возможности защитить себя сейчас, другой возможности у нее не будет.

Сначала она набрала код на клавиатуре двери, не потому, что хотела, чтобы никто не вошел к ней – корабельный компьютер мог отменить ее приказы по первому желанию Ника – а для того, чтобы сдержать их; она будет предупреждена, если кто-то попытается войти.

Затем она достала пульт управления своим шизо-имплантатом.

Маленькая черная коробочка была ее проклятием. Она свидетельствовала, во что обошелся ей Ангус, насколько глубоко он повредил ее. Ее уничтожение было настолько полным, что она готова была отвернуться от своего отца, ПОДК и всех своих идеалов – отвернуться от возможности спасения с помощью службы безопасности Станции, которая предоставила бы ей всю возможную помощь и спокойствие, какие только могла предоставить ПОДК, точно так же, как и уничтожить Ангуса – за то, что он контролировал ее с помощью шизо-имплантата.

Но она знала, что управление шизо-имплантатом – ее последняя надежда. Правда заключалась в том, что было неважно, куда она отправилась бы; на борт «Каприза капитана» вел самый очевидный путь. С помощью шизо-имплантата Ангус Фермопил сделал ее еще более ничтожной, чем она могла выдержать. Он обучил ее тому, что ее физическое и моральное существование презренны; что ее можно использовать или насмехаться над ней, и изменить, если она не могла удовлетворить его; отвратительные вещи, которые было просто невозможно уважать и ценить. По той же самой логике, шизо-имплантат был единственным средством, благодаря которому она могла стать чем-то большим, чем есть на самом деле. Это было ее единственной возможностью преодолеть свое ничтожество, преодолеть ограниченность ресурсов. Это было ее силой – а она была бессильной слишком долгое время. Без него она никогда не сможет оправиться от причиненного ей вреда. Она ничего не могла бы противопоставить урокам, преподанным ей Ангусом.