По просьбе бортпроводника все погасили свет и опустили шторки на окнах. Кино демонстрировали на экране величиной с мольберт, расположенном в конце салона. Холл надел наушники, чтобы иметь возможность слушать звук, и откинул назад спинку сиденья. Смотреть кино таким образом оказалось довольно приятно. Никакие посторонние звуки не отвлекали, если не считать непрерывного свиста вентиляционной системы. Холл обернулся к Кейту Дойлю спросить о чем-то и увидел, что парень спит в своем уголке, запрокинув голову и открыв рот. Холл отечески улыбнулся. Малый так заботился о том, чтобы ему, Холлу, было удобно, что сам умотался. Холл осторожно снял с Кейта наушники и сунул их в кармашек на спинке переднего сиденья.

"Большие так привыкли считать достижения своей техники чем-то само собой разумеющимся, что даже не подозревают о том, каким чудом они могут показаться кому-то постороннему", - подумал Холл. Разве это не волшебство лететь по небу, в облаках, да еще с относительным комфортом, есть при этом горячий ужин и смотреть кино? Ну, по крайней мере, если это не волшебство, то недалеко от него ушло. И кстати, от участника полета требуются немалые затраты жизненной силы. Со всех сторон на Холла давила угрожающая масса металла, хотя он понимал, что вряд ли она сумеет вырваться из-под матерчатых и пластмассовых чехлов, в которые заключили ее Большие, и причинить ему зло.

Ему было не по себе еще и оттого, что вокруг так много чужих Больших. Теперь он понимал, что провел всю свою жизнь в безопасности и относительном уединении, имея дело лишь с теми немногими, кому можно было доверять. Холл то и дело говорил себе, что о нем тут никто не знает и никто не заметит того, чего не ожидает увидеть. Отгоняя тревожные мысли, молодой эльф напоминал себе, что летит в Европу по делу чрезвычайной важности. Он не мог бы довериться никому надежнее Кейта Дойля, как ни странно это звучит. Если кто-то приблизится к нему настолько, что сумеет что-то заподозрить, Кейт всегда отвлечет его внимание и обратит все в шутку.