— Да.

— Я не могу. Меня утром ждут дела. Дворкин, я больше не ребенок. На мне лежит долг и ответственность, о которых ты понятия не имеешь.

— Речь идет о жизни и смерти.

— Чьей?

— Твоей — и короля Эльнара. Я не могу сказать больше.

Это заставило меня притормозить.

— А что с королем Эльнаром? — медленно спросил я. Я знал свой долг: защищать короля и весь Илериум. Именно в таком порядке. Если Дворкину и вправду известно об опасности, грозящей королю Эльнару, я должен немедленно известить короля.

Но Дворкин лишь покачал головой.

— Потом. Все — потом. Когда мы уберемся подальше и нам ничего не будет грозить.

Я глубоко вздохнул. На самом деле Дворкин не приходился мне дядей — просто он был близким другом моих родителей. Вскоре после моего рождения мой отец погиб от рук салиирских пиратов, и Дворкин принялся опекать меня и мать. Возможно, он заботился о нас столь ревностно потому, что своей семьи у него не было, но я привык воспринимать его почти как отца. Именно Дворкин играл со мной в солдатики, приносил мне на праздники всяческие лакомства и брал меня на охоту. Это он подарил мне мой первый настоящий меч и начал обучать воинским искусствам, которые в конечном итоге стали для меня источником средств к существованию. И так продолжалось до тех пор, пока он не исчез в разгар Алой Чумы, вскоре после маминой смерти. Мне тогда едва сравнялось четырнадцать лет. То было безумное время. Воздух был напоен смертью, а сердца людей — страхом. Мамино тело увезли на телеге, и больше я не видел ни ее, ни Дворкина. Я был уверен, что он тоже умер от чумы.

Однако же теперь он стоял передо мной, все такой же щеголеватый и самоуверенный, и ожидал, что я все брошу и помчусь за ним, а сам даже не желал ничего объяснять, ограничившись лишь голословным утверждением о некой опасности, угрожающей мне и королю. Нет, это невозможно.

И вместо сыновней любви и почитания меня вдруг захлестнула бешеная ярость. Почему он меня бросил?