Отца Свени никогда не знал, а его «создатели» смогли вложить в него не слишком много уважения к старшим. Он вдруг обнаружил, что Рулман вызывает у него ярость.

— Что за чушь вы несете, доктор Рулман? — выкрикнул он. — Ничто еще не взорвалось. И я могу дать вам массу полезных сведений. Конечно, если вы заранее решили сдаться…

Рулман поднял на него глаза.

— А что ты можешь знать? — удивился он. — Ты сам сказал, (что решение примет компьютер. Неподходящее время для блефа, Дональд.

— Зачем мне блефовать? Я больше, чем кто-либо знаю, как поступит Земля, что она предпримет. Колония слишком долго была в изоляции. У меня самый свежий опыт общения с землянами. Я бы вообще не пришел, если бы считал положение безнадежным. Сообщение, которое я послал, оставляет колонии некоторую надежду. Я не веду двойной игры, понимаете? Я целиком на вашей стороне! И хуже всего было бы вообще не посылать ничего. А пока что у нас есть передышка.

— И почему ты думаешь, — медленно сказал Рулман, — что я тебе поверю?

— Дело ваше, — резко ответил Свени. — Я и сам не слишком верю вам. Я еще не убедился, каково мое будущее здесь. И не я один. Слишком много тайн.

— Тайн? — изумился Рулман. — В каком смысле? Что нам скрывать?

— Я говорю о проекте. И еще о том преступлении, из-за которого Земля стремится заполучить колонистов обратно. В особенности вас, доктор.

— Но… э-э… это знают все, Дональд. Это же общеизвестный факт.

— Возможно, что и так. Но вот незадача — мне-то он неизвестен! И большинство колонистов, считая этот факт общеизвестным, ограничивается косвенными намеками. Словно это шутка, которую должны знать все. Между тем, половина второго поколения на Ганимеде имеет самое туманное представление о прошлом. А это опасно.