– Попробуй, повиси с ним, – огрызнулся я, откинул крышку наручных часов-контейнера, и уставился на капсулу. Инженерам так до конца и не удалось погасить радиоактивное излучение. Поэтому капсулу тоже носил на себе я, самый никчемный член группы, остальные старались держаться от меня подальше.

– Ты… ты хочешь ее задействовать?

– Не знаю.

– Погоди немного, – голос Кэт задрожал, – давай хотя бы поговорим пару минут.

– О чем?

– Ты же знаешь, если я не буду рядом, в радиусе метра, она не подействует на меня. И я… я останусь здесь.

Раньше она как-то не горела желанием оказаться со мной рядом, а теперь – пожалуйста. Что ж, стоит мне только ткнуть капсулу, терминал откроется, и мы больше никогда не встретимся с сержантом Арцыбашевой.

– Сережа, ты помнишь Сириус?..

Сентиментальность – ужасное свойство человеческого характера. Иногда оно заставляет нас медлить с совершением какого-либо поступка, и начинаются проблемы. Я вспомнил, как после Сириуса Кэт помогла мне избежать серьезных неприятностей с начальством. Я тогда всерьез повздорил с Виталиком, и едва не вышиб из него дух. Всего один удар в подбородок, но для сталкера и он может оказаться роковым – сместится что-нибудь в хрупком организме, дар уйдет, и карьера его будет закончена. Потому сталкеры берегут себя. Да, эпизод после Сириуса на время изменил меня в отношении к Кэт. Правда, потом оказалось, что она, выгораживая меня, просто в очередной раз последовала инструкции – проявила командный дух.

– Помню, – буркнул я.

– Я думаю, если бы я смогла закрепиться вон в той щели, потом взяться за тот камень и прыгнуть – я бы оказалась рядом. И тогда ты задействовал бы терминал.

– Не знаю, – протянул я. – А если ты сорвешься?

– Но попробовать, все же, стоит. Мне нечего терять. – В голосе ее прозвучала такая решимость, что я понял – как бы то ни было, а она попытается преодолеть эти несколько метров, отделяющие ее от спасения.