Ров замаскировали травяными циновками, натянутыми на рамы из прутьев, и щедро присыпанными дорожной пылью. Имелись и другие, столь же тщательно замаскированные «сюрпризы». А все пространство — начиная ото рва и вплоть до границы полета стрелы — перед самым боем Харан собирался буквально засеять «ежами» — металлическими шариками с острыми шипами в палец длиной, которые были одинаково эффективны и против пехоты, и против кавалерии. Правда, атаки кавалерии он не ожидал. Сейчас эти «ежи» спешно изготовляли в одной из деревень, что находилась в трех лигах к востоку, за спиной у заставы. Два раза в день из деревни приезжал старик-крестьянин на хилой лошаденке, привозя по два мешка «ежей» — быстрее деревенская кузница работать не могла. Конечно, не мешало бы смазать шипы «ежей» ядом, однако его едва хватало для стрел, которыми запасались лучники.

Харан усмехнулся — использовать отравленные стрелы не совсем честно, однако нужно было хоть чуть-чуть попытаться уравнять шансы. Хотя о каком уравнивании шансов может идти речь, если им с двумя сотнями бойцов предстоит сражаться против пяти тысяч?

Харан очень рассчитывал на то, что сможет собрать хотя бы немного ополченцев в ближайших деревнях, но надежды не оправдались — имперские вербовщики округу уже прошерстили, и не раз, поставив под знамена всех, кто мог держать в руках копье или топор. Остались старики, женщины, дети, да совершенно незаменимые мужчины — например, кузнецы.

Вот уже два года Империя в одиночку противостояла бесчисленным ордам, нахлынувшим с запада и юга. Имперские маги отразили натиск магических сил и полчищ чудовищ, призванных Врагом из Отражений, но большая часть Орденов погибла, и теперь помощь от магов была скорее видимостью, чем реальностью, и вся тяжесть войны легла на плечи солдат. Приходилось ставить под знамена всех, до кого дотягивалась рука вербовщика. Казна стремительно пустела. Имперские легионы несли огромные потери, полководцы требовали новых и новых пополнений, но полноводная река ополченцев уже давно превратилась в тоненький, готовый вот-вот пересохнуть ручеек. Война обескровила Империю. Когда она завершится — кто будет поднимать города из пепла, кто будет ходить за плугом?