В целом, у Абнона-Тха не было причин быть недовольным собой. Более того, он считал, что помимо своей искушенности в магии и непревзойденной находчивости, он проявил и почти беспримерное мужество. Он планировал ограбление, которое будет равносильно святотатству — похищение воскресшего тела Арктелы из храма. О таких похищениях как оживших, так и бездыханных тел, и о полагающихся за это наказаниях ходили лишь легенды, ибо за недавние годы не произошло ни одного подобного случая. И трижды более ужасной, как гласила молва, была судьба тех, кто, попытавшись совершить это преступление, попадался. Некромант вовсе не был слеп к опасностям своей затеи, но, с другой стороны, они не останавливали и не пугали его.

Два его помощника, Нарфай и Вемба-Тсит, знавшие о его намерении, со всей должной секретностью производили необходимые приготовления к побегу из Зуль-Бха-Сейра. Неодолимая страсть, которую колдун питал к Арктеле, не была единственной причиной, по которой он хотел покинуть город. Им двигала также и жажда перемен, ибо он уже немного устал от странных законов, ограничивавших его колдовскую деятельность, хотя в каком-то смысле и способствовавших ей. Он собирался двинуться на юг и поселиться в одном из городов Тасууна, королевства, знаменитого количеством и древностью своих мумий.

Время подошло к закату. Пять беговых верблюдов ожидали во внутреннем дворе дома Абнона-Тха, высокого и величественного здания, казалось, наклонявшегося над открытой круглой площадью, принадлежащей храму. На одного из верблюдов навьючили тюк с самыми ценными магическими книгами, манускриптами и прочими принадлежностями магии. Его товарищи должны были нести самого Абнона-Тха, двух его помощников и Арктелу.

Нарфай и Вемба-Тсит предстали перед своим учителем, чтобы доложить, что все подготовлено. Оба были много младше, чем Абнон-Тха, но, как и он сам, чужаки в Зуль-Бха-Сейре. Молодые колдуны происходили из смуглых и узкоглазых обитателей Наата, острова, имевшего чуть менее скверную славу, чем Сотар.