А через год огромные пласты прошлого были усеяны скважинами для генерирования дармовой бесполезной энергии. Были конечно борцы за чистоту прошлого, но их обвинили в весьма непрактичной и дорогостоящей форме сентиментальности. Прошлое предоставляло дешевую, чистую энергию, а что до загрязнения настоящего прошлым, может так оно и было, но все это было в неизмеримых долях и следовало сохранять чувство пропорции.

И только тогда, когда настоящее было по настоящему загажено, по причине этих эгоистов из будущего, пробуривших гадскую уйму скважин, тогда-то все осознали, что все стержни до последнего, а также секрет их изготовления должны быть безоговорочно уничтожены навсегда. Якобы во имя их дедов и внуков, а на самом деле во имя дедов их внуков и внуков их дедов.

Чиновник из Администрации Целости-Сохранности и гражданской Перестраховки и Утешения пожал плечами.

- Они в целости и сохранности, - он покосился на Зафода, и вдруг с нехарактерной прямотой выпалил, - на этом корабле есть вещи и похуже. По крайней мере, - добавил он, постукивая по дисплею, - я надеюсь, что они все еще на корабле.

Второй чиновник быстро повернулся в его сторону.

- Ты чего несешь?

Первый снова пожал плечами.

- Это не важно. Никто ему все равно не поверит. Поэтому мы его и выбрали.

Чем невероятнее история в его устах, тем больше он будет походить на болтливого авантюриста. Он даже может заявить, что мы это говорили - тогда вся будут считать его параноиком.

Он улыбнулся Зафроду, сидевшему в скафандре залитым желудочным соком.

- Если хочешь, можешь пойти с нами.

- Видишь? - кивнул чиновник на нетронутые печати камеры хранения стержней ауриста - В целости и сохранности.

Он повторил это, когда они проходили мимо камеры с химическим оружием, ложкой которого можно было отравить целую планету.