- Почему по-русски говорят? - поинтересовался Костя.

Петр отмахнулся.

- Ну кто тебе сказал, что по-русски? Может, мы не голоса их слышим, а мысли, которые они передают. А мысль это мысль, она на любом языке одно и то же значит.

- Это, пожалуй, правильно, - согласился Костя. Стоя на столе, Петр топнул ногой. На класс он больше не обращал никакого внимания. Ему было ясно, что настал великий исторический момент. Пора было приступать к Контакту. Раз уж пришельцы себя обнаружили, таиться и дальше им не было никакого смысла. Как мыслящие разумные существа, к тому же, явно опередившие землян в развитии, они должны были это понимать.

- Внимание! - громко сказал Петр, обращаясь в пустоту. - Внимание! Раз уж вы себя обнаружили, давайте поговорим.

В классе воцарилась мертвая тишина.

- Мы - земляне! Мы - шестой класс "А" школы номер 1441, а я его представитель. Зовут меня Петр, фамилия Трофименко. Отзовитесь! Мы же слышали ваши голоса. Ждем ответа!

В мертвой тишине послышался какой-то неясный шорох.

- Отзовитесь, мы готовы к общению! - повторил Петр и, осознавая всю историчность момента, даже торжественно поднял руку. Этим он как бы призвал в свидетели тех великих людей Земли, чьи лица смотрели с портретов на стенах - Чарлза Дарвина, Жоржа Кювье и Климента Аркадьевича Тимирязева.

Но ответом была только тишина; казалось, она все больше и больше сгущалась. Наконец в коридоре оглушительно загремел звонок.

- Ребята, а что если это всем нам только показалось? - очень тихо спросила Франческа, но ее вопрос потонул в грохоте, каким всегда взрывается школьная перемена. Этажи наполнились буйными голосами и шумом, кто-то снаружи дернул дверь.

- Эх, не успели, ничего не получилось! - с досадой молвил Петр, представитель шестого "А" и всех землян. - Если они не хотели вступать с нами в Контакт раньше, когда мы были одни, теперь тем более не захотят. И видимыми ни за что не станут. Эх, не повезло!