– И что сегодня?

– Сахар, полная столовая ложка, – повернулся к нему помощник инженера. – Два цветных стержня. Так высоко они еще никогда не поднимали цен. Я думаю, что они делят всю добычу поровну: каждый вечер новый мальчишка приносит кота.

Как и все земные корабли, «Королева» в качестве важной составной части экипажа имела кота. Дородный Синдбад до прибытия на Саргол никогда не доставлял никаких беспокойств. Он исполнял свои обязанности по избавлению корабля от обычных и необычных вредителей с быстротой, аккуратностью и энергией. И когда они приземлялись на чужих планетах, он никогда на изъявлял желания убежать. Но запахи Саргола, очевидно, одурманили его, лишив достоинства и независимости солидного и немолодого кота. Теперь Синдбад убегал с корабля рано утром, а вечером его, протестующего голосом и когтями, приносил обратно кто-нибудь из туземных мальчишек за определенное вознаграждение. За три дня это была единственная удачная сделка, удовлетворяющая всех, за исключением Синдбада.

Гул башмаков по металлу предупредил о том, что спускаются офицеры «Королевы». Али и Дэйн отошли в глубь коридора, освободив выход для Джелико и Ван Райка. Затем они вновь выглянули наружу, чтобы оказаться свидетелями встречи своих начальников с офицерами «Интерсолар».

Не было ни сердечных приветствий, ни иных проявлений гостеприимства, что можно было ожидать при встрече землян на этой чужой планете на расстоянии в четверть Галактики от их родной Земли, где они все выросли.

Джелико и спускавшийся чуть позади Ван Райк остановились на последних ступеньках трапа, так что три представителя компании – капитан, суперкарго и охранник – хотели того или нет, оказались в невыгодном положении и вынуждены были смотреть на командира «Королевы» снизу вверх, хотя как представители могущественной компании они скорее склонны были презирать вольных торговцев. Высокая, мускулистая и аккуратная фигура капитана «Королевы» производила впечатление силы, находящейся под контролем воли, а его лицо, покрытое густым космическим загаром, свидетельствовало, что это человек быстрых и решительных действий – и этот вывод подтверждался шрамом от выстрела из бластера на его щеке.