Раздевшись, он выключил свет и лег. И тотчас мысли завертелись вокруг ожидаемого письма, стало тоскливо и пусто, захотелось позвонить кому-нибудь, сказать ничего не значащие ласковые слова, в которых была не информация, а только лишь настроение: "Здравствуй! Как живешь? Что нового?" Вот только кому звонить? Здесь, в Марграде, он знал лишь один телефон Бакланского. Позвонить ему? Спросить, как его приняла мама?
И тут в голову пришло сочетание цифр: 19-77-23. Это был телефонный номер, и номер очень знакомый. А чей - он не знал. Но желание позвонить было настолько сильным, что он встал.
И тогда в голове вихрем промелькнуло - может, может... Он так ждал этого! А если это мысленное внушение? Ну должна же быть телепатия! Хоть иногда, хоть раз в жизни! А ему была нужна она именно сейчас!
Не включая света, он набрал номер. В неглубокой темноте еще можно было различить цифры диска.
- Здравствуй! Как живешь? Что нового? - раздалось в трубке.
Голос был мужской, и знакомый и незнакомый одновременно. И какое-то непонятное волнение чувствовалось в нем.
- Оригинально! - выпалил Григорьев в трубку.
- Сашка, почему ты здесь оказался?
Трубка чуть не выпала у него из рук.
- Кто говорит? - спросил он хрипло.
- И письма нет...- Это было сказано как-то грустно, печально, но без вопроса, а с утверждением.
- Кто говорит? - крикнул Александр.
- А, ладно, - раздалось в ответ. - Спи. Утро вечера мудренее.
- Да кто же...- начал Григорьев, но трубку на том конце линии уже бросили на рычаг.
И Григорьев положил свою. Вот так штука! Кто бы это мог быть? Ведь не ждал же он, тот человек, его звонка? Но тогда почему сразу же назвал по имени? Это был наверняка кто-нибудь из комиссии, решил он. Кто-то сегодня днем сказал ему свой номер, а он машинально запомнил его и позвонил. Но... стоп. Про письмо не мог знать никто. Никто! Значит, комиссия тут ни при чем.
Нет, тут просто не разберешься. И его снова неудержимо потянуло позвонить по телефону. И снова по этому же номеру. Поговорить. Просто так, ни о чем, но поговорить. Услышать человеческий голос. Но Александр лишь отодвинул телефон на край тумбочки и плашмя бросился на кровать. Спать уже не хотелось.