Вторая секция: сфера примерно шести футов в диаметре. Когда корабль наконец сбросил скорость, эта секция тотчас же оказалась напротив Бреннана. На сфере четко выделялось большое круглое окно, так что сама она напоминала гигантское глазное яблоко. Она поворачивалась, следуя за каждым движением Бреннана. Бреннан нашел, что выдерживать этот жутковатый пристальный взгляд нелегко.

И еще одна мысль. Наверняка, правительство Зоны смогло бы организовать встречу получше, чем эта…

Отсек, идущий следом, — после всего предшествующего он выглядел приятно. Это было яйцо, футов шестидесяти длиной и сорока в ширину. Больший конец, нацеленный в противоположную двигательной секции сторону, был так густо изъеден пылевыми частицами, что казался исцарапанным песком. Меньший конец был остроконечным и гладким, почти блестящим. Бреннан кивнул сам себе. Во время ускорения таранно-черпающее поле должно было защищать передний конец от микрометеоритов. Во время торможения его перемещение назад приводило к тому же.

Отверстий на яйце не было.

За выпуклой оболочкой центральной секции началось какое-то движение. Бреннан напряг зрение, пытаясь увидеть побольше… Но ничего не случилось.

Странный способ строить корабли, подумал он. В центральном отсеке, должно быть, находится система жизнеобеспечения. Поскольку в нем есть иллюминатор, а в следующем отсеке нет. А двигатель опасно радиоактивен, в ином случае зачем было бы так растягивать судно в пространстве. Но это означает, что кабина жизнеобеспечения расположена таким образом, чтобы защищать идущий следом отсек от радиации двигателя. В этом отсеке должно находиться нечто более важное, чем сам пилот, — с точки зрения этого пилота.

Или так, или же и пилот, и конструктор — глупцы, а то и просто сумасшедшие.

Сейчас корабль Постороннего не двигался: двигатель его остывал, секция жизнеобеспечения находилась в нескольких сотнях футов отсюда. Бреннан ждал.