— Вот и я бы хотел знать… — Арсен Арамович потянулся к графину с коньяком. В последний момент его рука застыла, потому что два бокала сами собой перевернулись, графин наклонился и темная тягучая жидкость наполнила оба бокала ровно на треть. — Прежде чем сдохнуть, она прикончила пятерых.

Ох уж этот Тогот! Ну к чему эти балаганные фокусы?

— Угощайтесь, — я вытянул руку, и бокал с коньяком скользнул мне в открытую ладонь.

Арсен Арамович замер, не сводя глаз со второго бокала и графина. В какой-то миг мне показалось, что он усиленно вглядывается, пытаясь заметить невидимые ниточки.

— Не портите зрение, ниточек нет, — заверил я своего гостя. — Я и в самом деле кое-что умею.

— Так вы сможете совладать с этими тварями?

— Вы говорите так, словно их легион.

Арсен Арамович отхлебнул коньяка. Какое-то время все молчали. Даже Тогот.

— Их много… Сколько, не знаю, — медленно произнес мой гость. — И именно они стоят за всем этим, — и он постучал пальцем по первому конверту. — Судя по всему, эти твари из вашего ведомства… — В первый момент я хотел перебить его и поинтересоваться, что за «ведомство» он имеет в виду, но потом решил промолчать, дать старику выговориться. — …Мы знаем, где их основное логово, но… Мы хотели бы заручиться вашей помощью.

— Соглашайся.

— В честь чего?

На Тогота это совершенно не похоже. Подталкивать меня на очередную авантюру не в его духе.

— У меня предчувствие… — Еще одна новость. Я как-то не мог припомнить, чтобы у моего покемона случались предчувствия.

Арсен Арамович внимательно смотрел на меня, ожидая моего ответа. А потом, не дождавшись, продолжал:

— И поверьте, плата вас устроит.

Я кивнул.

— Хорошо. Помогу вам по старой памяти…

Сказал и сам удивился. Интересно, что меня подвигло согласиться? Может, фотографии жертв… Хотя трупов я за свою жизнь насмотрелся. А по сравнению, например, с теми же горгульями любой выпотрошенный труп — зрелище более чем приятное… Жалость?.. Скорее всего, все это осталось в той, «старой» жизни. Жалость сгорела во мне вместе с моей первой квартирой… Или всему виной Тогот. Этот засранец мог что-нибудь незаметно колдануть. С него станется.