Она убедила меня, что я не изгой и не калека, что я могу жить как прежде. Я говорю это вам для того, чтобы вы знали - все, что произошло с вами, забудется, и вы будете жить свободной, нормальной жизнью, какой жили до этого. Всего в каких-то десяти милях отсюда живут тысячи людей, никогда не слышавших о вас и о том, что произошло в воскресенье. Ваши синяки и ушибы заживут, и тогда ничто не будет напоминать вам о случившемся. Вам не из-за чего чувствовать себя виноватой. На свете нет ничего, что могло бы мешать вам жить... - Он задумчиво помолчал и прибавил: - За исключением разве что одной вещи.

- Какой же?

- Гнева. - Голос Питера сделался жестким. - Именно от него мне так и не удалось избавиться. От гнева к тем двум злобным тварям. Быть может, это те же двое, а быть может, и нет, но в любом случае они похожи как близнецы и мне бы хотелось рассчитаться с ними сполна. А еще мне бы хотелось помочь вам рассчитаться с ними.

- Но как? - едва слышно произнесла она.

- Для начала их нужно найти.

- Как?

- Все это время я был уверен, что если бы встретил их на улице, то сразу бы узнал, - сказал Питер. - Мне казалось, что их преступление я прочту у них на лбу. Разумеется, это не так. Зато совершенно ясно, что им нужна толпа, они любят многолюдные сборища. В моем случае это был горнолыжный чемпионат, в случае с вами - крупномасштабный турнир по гольфу.

- Но я не могла бы узнать их, если бы увидела, - заметила Эллен Ландерс. - Так как же смогли бы вы?

- Быть может, это что-то вроде внутреннего радара, - ответил Питер.

Эллен Ландерс беспокойно шевельнулась в кресле.

- Я понимаю, почему вы приехали и что собираетесь делать, - проговорила она с едва заметной улыбкой. - Я понимаю все, что вы сказали. Спасибо вам за поддержку. Но не могли бы вы сейчас уйти и вернуться, ну, скажем, после пяти?

- Вы кого-то ждете? - поинтересовался Питер.