- А вы тогда к нам приходите, - говорит оруженоска. - Мы вас в рыцари примем, экстерном; оруженосочку вам найдем. Мужчина вы статный, с руками, с головой. Опять же поболтаем - о подвигах и злодействах.
- Точно, - поддакивает барон Николай. - У меня замок есть, малогабаритный, но трехкомнатный, он сейчас пустой стоит. Я-то вот теперь с доньей Маней в спартанских условиях закаляюсь… Забрасывай, браток, свои недоделанные злодейства - и айда к нам. У нас с тобой, Аноним Имярекович, общего много: будет, о чем речи вести.
Великан свою большую голову почесал, глянул куда-то за леса, за горы, в сторону города и говорит:
- Подумаю, ребята. Подумаю. Заманчиво…
Обратная дорога вроде как вдвое короче показалась - донья Маня сразу компас себе взяла, барону Николаю восьмерки на пересеченной местности выписывать не позволила. В пути о многом говорили: оруженоска рыцарю в основном все о школе да о средневековой педагогике, а тот ей все про футбол да про оружие всякое.
- Кстати, - говорит донья Маня, - линейку, выходит, я зря брала; не понадобилась она в бою-то.
- Ну как же! - возражает рыцарь. - Если б ты меня в дороге линейкой не закалила, я бы тех дубинных ударов не выдержал.
Прежде чем домой вернуться, заехали в котельную. За бутылку «Круглостольной» гномы-водопроводчики вставили Золотой Вентиль куда следует и пустили воду горячую.
- Ну вот, - говорит донья Маня, - и поставлена в твоем подвиге точка. Теперь и зарубку делать можно. Только это подвиг - не подвиг еще, а так, подвижок. Подвиг, сдается мне, впереди еще. Но все равно: с почином тебя, бой-рыцарь мой, барон Николай.
- Первый подвиг комом, - соглашается барон Николай, - но все-таки…
Как приехали домой, первым делом рыцарь в теплую ванну залег. Оруженоска тоже ванну приняла, насладилась всеми прелестями завершенного ее рыцарем подвига. После водных процедур сели в халатах кофе пить. И все бы хорошо, да только донья Маня уже о следующих подвигах толкует, строит героические прожекты, намечает объекты будущих опасных сражений и смертельных схваток. У нее этих подвигов на уме - ну просто не перечесть, готова сразу после кофе собираться в следующую экспедицию. Барона Николая такая ретивость несколько огорчила, но поскольку он очень доволен был в этот момент собою и всем вокруг, то позволил себе не сердиться на ору-женоску, а ограничился небольшим порицанием.