Еще один член семьи ушел. Сначала его брат погиб в пустыне, затем его мать, которая отдала свою жизнь, чтобы спасти последних беглецов из родного города Мерика. Эльфийский народ был рассеян, и Мерик был единственным, кто должен был нести бремя своего народа здесь, — последний из королевского рода. Слово «король» не раз шептали за его спиной, но он отказывался облачаться в мантию. «Не раньше, чем наш народ воссоединится», — отвечал он всем, кто пытался уговорить его. И теперь еще одна смерть.

Елена вздохнула.

— Мне жаль, Мерик. Эта война заставила кровоточить всю Аласию.

Верховный Килевой проворчал со своего кресла:

— Тогда, может быть, нам следует дать бой Блэкхоллу до того, как мы истечем кровью досуха.

Елена знала, что Дреренди стремились повернуть свой могущественный боевой флот к Блэкхоллу. Но сейчас Елена проигнорировала вызов, прозвучавший в словах Верховного Килевого. Она продолжила разговаривать с Мериком:

— Что произошло с кораблем твоей родственницы?

Мерик нахмурился и уставился на пальцы своих ног.

— Сейчас Сайвин вместе с Рагнарком исследует остатки крушения.

Елена чувствовала, что есть еще что-то, что беспокоит Мерика.

— Что-то не так?

Голубые глаза Мерика сверкнули из-под серебристой челки.

— Я разговаривал с Фрелишей в тот момент, когда корабль падал. Моя родственница погибла, предупредив нас. Предупредив нас о предательстве.

— Предательство? — переспросил Эррил. Елена почувствовала, как рука стендайца сильнее сжалась на спинке ее кресла. — Что она имела в виду?

Мерик покачал головой.

— Она погибла, не сказав больше ничего.

Елена бросила взгляд на Эррила. В его серых глазах бушевала буря, но жесткое выражение лица смягчилось, и он поддержал ее обнадеживающим кивком.

Мастер Эдилл заговорил со своего места возле камина: