Сайвин не обратила внимания на хищника, ее взгляд был прикован к обломкам. Корпус корабля развалился пополам от удара. Мачты срезало, но паруса по-прежнему оставались в путанице такелажа, и течение шевелило их, отчего они напоминали призраков. «Что произошло?» — спросила она саму себя.

Но она не была одинока в своих мыслях.

— Странно пахнет, — прошептал Рагнарк. — Плохо. Мы уходим.

— Нет, мой милый гигант. Мы должны искать.

Она почувствовала тень его беспокойства, но и одобрение.

— Я должна взглянуть поближе. Ты можешь перенести меня к сломанной части?

Вместо ответа Рагнарк свернул тело в тугое кольцо и устремился на морское дно, к неровному пролому в корпусе корабля. Ил всколыхнулся под его брюхом и ноги процарапали песчаное дно.

— Ты сейчас уйдешь? — спросил Рагнарк, и в его мыслях слышалась печаль.

— Я должна. Ты же знаешь.

— Я знаю. Мое сердце будет скучать по тебе.

Сайвин проверила пару баллонов с воздухом и гарпуны за спиной. Удовлетворенная, она высвободила ноги из поддерживающих их чешуй. «Не бойся, моя любовь. Ты всегда в моем сердце».

Сквозь нее прошло ощущение теплоты, посланное драконом.

«Скоро увидимся».

Она выплюнула сифон, который давал ей возможность разделять запасы воздуха дракона, и позволила воде поднять себя с места. Как только она оторвалась от дракона, морское дно всколыхнулось тучей ила и песка. Глубокая тень пронеслась под ней, завихряясь и концентрируясь. Сайвин оттолкнулась ногами и замахала руками, чтобы удержаться на месте посреди вращающегося облака, и стала ждать.

Была еще одна причина, по которой Сайвин попросили исследовать останки корабля. У нее был свой собственный эксперт в том, что касалось кораблей и мореплавания.

Из облака позади нее внезапно возник Каст, обнаженный, с яростно ищущими глазами. Она поплыла к нему с улыбкой. Его черные волосы, не заплетенные в обычную косу, развевались вокруг лица, его татуировка в виде дракона сияла на щеке и шее. Его глаза встретили ее. Хотя она не могла мысленно разговаривать с ним, то же самое теплое ощущение прошло сквозь нее. То, что они разделяли, было более старой магией.