— Шишон, что ты здесь делаешь?

Шишон быстро заговорила:

— Мы были в месте, где все в цветах. Но Родрико сделал еще цветов своим пением, — Шишон указала на мальчика рядом с Нилан. Застенчивый юнец прятался в плаще матери; его глаза были большими и круглыми.

— И я съела жука, — гордо закончила Шишон.

— Ты сделала что?

— Он залетел в мой рот, — она сказала это с уверенностью, что это все объясняет.

Верховный Килевой протиснулся мимо своего сына, что-то ворча о лестнице. Мастер Эдилл согласился:

— Почему они строят все эти башни такими высокими?

Два старейшины проследовали вниз к коридору. Хант кивком поблагодарил Нилан и последовал за своим отцом.

Мерик остался с Нилан и лордом Тайрусом, который нес сеть с яйцом из черного камня. Они должны были отнести яйцо и корабельный журнал к ученым в библиотеках.

— Куда ты направляешься? — спросил Мерик Нилан.

— Я должна поговорить с Еленой.

Мерик посмотрел вверх на извилистую лестницу.

— Сейчас нё лучшее время. У нее достаточно того, что нужно срочно осмыслить, — он повернулся обратно и наконец заметил страдание на ее лице и боль в глазах. — Что случилось?

Нимфаи посмотрела вверх явно в нерешительности. Что-то потрясло ее до глубины души. Она взглянула на прильнувшего к ней ребенка.

— Это… это Родрико.

Мерик изучающе посмотрел на мальчика:

— Он болен? Что-то не так?

— Я не уверена, — Нилан была близка к тому, чтобы расплакаться. — Этим утром Родрико пел песнь пробуждения бутонов для своего юного дерева, шаг к союзу и связи, — ее голос начал ломаться. — Но к-кое-что случилось.

Мерик подошел ближе и положил руки на ее плечи. Она задрожала, и ее голос понизился до шепота:

— На его дереве появились бутоны. Родрико был принят, но… но новые цветы, новые бутоны — они темные. Черные, как любой из Мрачных духов.