— Ага, — засмеялся я. — И приглашать гостей на оригинальный пикничок.

Когда с утра болит голова, это плохо. Когда болит с похмелья хуже во стократ. К мелким мерзавцам, назойливо стучащим маленькими молоточками где-то внутри головы, добавляется жуткая засуха во рту и ощущения залитого в конечности свинца.

Я застонал, открыл глаза и тут же нырнул лицом в подушку — резь в глазах была невыносимой. Полежал с минуту, пока не понял, что стук вовсе не эфемерный, а исходит из коридора, точней от входной двери. С трудом вылез из кровати, натянул халат и держась за голову пошел открывать.

Всю ночь мне снился кошмар. Игорь, с вилкой в руке вещающий с трибуны. Саша, в бронежилете и почему-то, домашних тапочках, отстреливающийся из автомата от толпы каких-то зеленокожих уродов. Инопланетяне, высаживающиеся на Земле с летающих блюдец и я потрясающий перед ними сертификатом.

В дверь вновь тихо постучали.

— Иду — иду. — Я провернул замок и отворил, отметив мимоходом, что давно пора смазать ужасно скрипящие петли.

Мой утренний, если конечно полдень можно считать утром, посетитель, замер с поднятой для стука рукой. Высокий, хорошо одетый мужчина, с маленьким кожаным «дипломатом» в руке.

— Извините за беспокойство, похоже, я не совсем вовремя?

— Ничего страшного. — Неужели этот хриплый шепот мой голос? — Простите, я на минутку…

Человек понимающе кивает, а я бросаюсь на кухню. Наливаю из чайника и залпом выпиваю стакан с водой и возвращаюсь к двери. Вот в такие дни только и понимаешь, насколько вкусной может быть простая кипяченая вода.

— Тяжелый вечер? — понимающе кивает визитер.

— День рождения, — тот снова кивает. В глазах — огонек сочувствия. — С кем имею честь?

— Корнев Алексей Петрович?

— Да.