— Чудесные глаза, — плотоядно мурлыкнул четвертый участник позднего застолья, молодой брат Морис, нередко встречающий меня на заднем дворе приюта и одаривающий липкими улыбочками. — Необычные, неповторимые. Сиреневые, с золотыми крапинками, напоминают лепестки бутона королевской мальвы.

Сьерра Каталина удовлетворенно хмыкнула:

— А ее острые уши? Она родилась от связи с эльфом?

— Полагаю, что так все и произошло, — печально вздохнул брат Флавиан. — Девочке, видимо, было всего несколько дней от роду, когда мы нашли ее под дверью нашей обители… Ее и еще одного мальчика чуть постарше… Они — подкидыши.

Услышав последние слова монаха, я заинтригованно навострила свои и без того острые ушки. Про мальчика я ничего не знала.

— Вы смогли раскрыть тайну их происхождения? — продолжала допытываться настырная дама-попечительница.

— С мальчиком все обстоит намного проще, — вступил в разговор брат настоятель. — Он, безусловно, происходит от благородных родителей, ибо в его корзине лежала записка с выбранным для него именем, а на шейке младенца мы обнаружили золотой кулон в форме меча.

— И его зовут? — жадно вопросила сьерра Каталина.

— Арден.

Я взволнованно икнула, потому как знала из Книги Преданий: изображение меча входит в старый, еще эльфийский герб Лаганахара, что тщательно замалчивается. А в самом Ардене буквально все так и кричит о его дворянском происхождении: красота, ум, стать, смелость общения, благозвучный голос… Ну и любовь к симпатичным девушкам — тоже.

— Интересно… — Очередная реплика дамы вывела меня из состояния задумчивости. — И их никто не искал?

Брат Флавиан с сожалением развел руками, показывая, мол, никто.

— Интересно! — еще более эмоционально протянула сьерра Каталина. — Но вы посудите сами — девочка тоже явно не из простых: у нее очень аристократичное личико, точеный носик и длинные, изящные пальчики — первый признак хорошего рода. А если ее еще откормить да приодеть…