Зеленые глаза жрицы восхищенно расширились, но увлеченная своей ненавистью богиня не заметила и этой столь красноречивой реакции, свидетельствующей о многом.

— Я лично позабочусь о будущем нашего прекрасного мальчика, — многозначительно произнесла змееликая, и сия, казалось бы, безобидная фраза не сулила ничего хорошего незадачливому объекту ее пристального внимания. — А ты, дочь моя, — тут жрица вновь послушно склонила голову, — на время покинешь храм и станешь моими тайными ушами и глазами, призванными выследить напророченную девчонку, остановить ее и не подпустить к Запретным горам! Приказываю — найди верный способ и выполни мое поручение! Пусть я слепа, но, к счастью, у меня имеется кое-что получше, чем глаза…

Раздался стук, и на пол храма упал небольшой стеклянный шарик, подкатившийся точно к ногам жрицы.

— Спрячь его в своей одежде, и тогда я смогу постоянно следить за твоими перемещениями, — приказала богиня.

— Я должна выследить Наследницу и убить ее? — чересчур взволнованно переспросила жрица, но ее возбуждение опять ускользнуло от внимания богини, слишком высокомерной для того, чтобы снизойти до чуткости к своей пастве, и чрезмерно эгоистичной, чтобы правильно оценить важность подобной реакции. А зря, ведь именно в непроизвольных эмоциях и кроется истинная суть поведения.

— Убить? — Богиня издевательски рассмеялась. — Нет, тебе это не под силу. Попытайся ее остановить, выведай ее тайны, вотрись к ней в доверие. Я хочу знать, способна ли она осуществить пророчество Неназываемых и каким образом я могу предотвратить их возвращение.

— Но возможно ли вообще совершить требуемое деяние — предотвратить грядущее исполнение пророчества Неназываемых, начертанное на стенах Немеркнущего Купола? — непритворно изумилась изрядно озадаченная жрица, подбирая с пола подарок Банрах.