
— Ой, что это с ним? — спросила я, вытаращенными от изумления глазами рассматривая Беонира.
— Ничего, — задумчиво процедила Ребекка, рукоятью меча почесывая свою взъерошенную макушку. — В том-то и дело!
Я переложила на плащ успокоившуюся Мифрил, встала и, передвигаясь мелкими шажками, осторожно приблизилась к несчастному ниуэ.
— Как себя чувствуешь? — дрожащим от волнения голосом осведомилась я, ожидая самого невероятного ответа. — Тебе плохо?
— Да хорошо ему, хорошо! — радостно гоготнула лайил у меня за спиной. — Подтверди, лохматый, не фиг нам нервы зазря мотать.
Беонир утвердительно кивнул, взирая на меня не менее вытаращенными глазами. Я растерянно прикусила нижнюю губу, силясь отыскать адекватное объяснение происходящему.
Нынешней ночью, в полноуние, с Беониром ничего не приключилось. Понимаете? Ни-че-го-шень-ки! Его не постигла трансформация. Он остался прежним, сохранив безупречно человеческий вид. А выл ниуэ исключительно от испуга, панически страшась того, что снова окажется способен нас растерзать. И сейчас выяснилось, что наши опасения были напрасными.
