- Так точно, - мрачновато кивнул Ляпунов. - Дальше наши проблемы.

Таран подумал, что если бы он был сейчас на месте Ольгерда и все еще не догадывался о том, что его ждет по окончании работы, то призадумался бы над этим вопросом именно сейчас. Уж очень крепко капитан проакцентировал слово "наши". Нужно ли было это делать? Юрка ни за что не стал бы намекать даже заведомо обреченному на смерть, но все еще нужному человеку: мол, ты не волнуйся, тебя наши дела уже не будут волновать. Или он хочет спровоцировать Ольгерда на "рывок"? Типа как искусственно вызвать лавину выстрелом из пушки, дабы предупредить ее внезапный сход?

Впрочем, Ольгерд, насколько можно было разглядеть при свете ламп, похоже, остался совершенно невозмутимым. Во всяком случае, лицо у него не перекосилось и никакой нервозности в голосе не послышалось.

- Будем двигаться дальше или еще немного передохнем? - спросил он у Ляпунова.

- Идем дальше, - отозвался капитан. - Давай вперед, мы тебя страхуем.

Ольгерд послушно направился в угол, где чернела дыра, и стал осторожно спускаться в продолжение "колодца". Свет его фонаря периодически мелькал на мокрых камнях, но вскоре так удалился, что перестал проглядывать.

- Предупреждаю всех, - шепотом произнес капитан, - этот "пан Сусанин" - не из нашего инкубатора. Более того, мне лично известно, что его нам подставили специально. До места он нас доведет и на свежий воздух выпустит. Но там нас будут ждать не с цветами и конфетами, а с большими неприятностями. Не знаю, оставят ли его самого целым, но нас, по идее, собираются положить всех. Так что просьба проявлять предельную осторожность и особо не расслабляться.

- Приятно слышать, - вздохнула Милка. - А на вид такой приличный!