— О Господи Иисусе!
Я с места не двинулся, спрашиваю его:
— У тебя есть монтировка?
Нортон покачал головой:
— Господи, Митч, нет.
Я сказал:
— ОК.
И вышел.
Чувак удивился, но не отскочил. Я схватил его за руку и сломал ее о колено. Залез в машину, и тут загорелся зеленый. Нортон рванул с места и завопил:
— Боже, Митч, урод чокнутый! Ты десять минут как откинулся… и опять за свое?! Ты что, что ты сделал?!
— Я ничего не сделал, Билли.
— Ты парню руку сломал, и ты ничего не сделал?
— Вот если бы я ему шею сломал…
Нортон взглянул на меня с тревогой:
— Это у тебя, типа, шуточки такие, да?
— А ты как думаешь?
~~~
НОРТОН СКАЗАЛ:
— Я думаю, ты удивишься, когда увидишь местечко, которое я тебе подыскал.
— Только если оно рядом с Брикстоном.
— Это Клэпхем Коммон. С тех пор как тебя того… не было… оно стало модным.
— О, черт.
— Не, все о'кей… Парнишка-писатель, что жил там, попал на бабки по-крупному. Пришлось ему ноги делать. Все бросил: одежду, книги… так что ты будь спок.
— А Джои все еще в Овале?
— Кто?
— Который «Биг Ишью»
— Не знаю такого.
Мы подъезжали к Овалу. Я сказал:
— Он здесь. Притормози.
— Митч… Ты хочешь купить «Биг Ишью»… сейчас?
Я вылез из машины, подошел к Джои. Он не изменился. Взъерошенный, грязный и жизнерадостный.
Я сказал:
— Привет, Джои.
— Митчелл… Боже праведный, я слыхал, ты срок мотаешь.
Я протянул пятерку:
— Дай журнальчик.
Сдачи я не ждал. Всё как всегда. Он спросил:
— Тебя там не обижали, Митч?