Тревога! Крик часового вмиг поставил Марка на ноги. Что случилось? Лейтенант вслушивался и всматривался в предрассветное марево. Ничего не видно.

– Приближение из северного сектора. – Рядом с командиром выросла плечистая фигура Яна Микульского. Марк видел обилие световой индикации боевого шлема, которую не могло скрыть даже тонированное бронестекло.

– Докладывай!

– Система раннего обнаружения засекла два десятка целей. Все опознаны. Охотники. Дистанция три километра. Идут цепью, очень медленно. Должно быть, продираются сквозь джунгли.

– Медленно, говоришь… – Тренированный мозг Грабовского молниеносно переварил полученную информацию. – Поднимай всех. Срочно выступаем. Курс на восток.

Микульский рванулся выполнять приказ.

– Стой! – Марк притормозил рядового. – Дай мне шлем.

– Слушаюсь! – Ян со скрежетом расстался со своим протонным помощником.

Когда окружающий мир расцветила паутина прицела, а в уголках глаз запрыгали показания дальномеров, Грабовский почувствовал себя немного уверенней. Да, конечно, бронированная кастрюля отобрала у него инстинкты зверя, зато дала зрение. И этим самым зрением Марк увидел цепочку красных пятен, черепахами ползущих прямо на них. Ширину атакующего фронта лейтенанту оценить не удалось. Дальнобойный термосканер брал не более чем на четыре километра, поэтому фланги расплылись и смешались с чернотой леса.

– Надеюсь, что на охоту вышли все, – обнадежил сам себя лейтенант. – Не могут они оставить заградотряд на востоке. Прочесать-то нужно вон сколько, километров пятьдесят. И если рванем вдоль фронта, можем и проскочить.

– Что ты там бормочешь? – Дэя стояла рядом и перепуганно смотрела на окружающий переполох.