По обычаю, пришедшему от первых поселенцев, ее называли леди Лайл. И никто из горожан не задавался вопросом, как появился такой необычный для этой местности титул. В доме Лайлов никогда не жили дети, и если заключались у них браки и создавались семьи, то в каких-то других землях. Но было хорошо известно, что каждый новый владелец дома внешностью и манерами очень напоминает своего предшественника. Внешние семейные черты передавались из поколения в поколение.

Гвеннан только недавно стала задумываться над явной загадкой – как семья, долго владевшая землей, сумела так эффективно стушеваться. Леди Лайл совершенно очаровала Гвеннан. Прежде всего она никогда не встречала женщины такого роста и с такой уверенностью в себе.

Сама она всегда была выше сверстников в школе и ненавидела свое тело за его размеры. Но леди Лайл носила свое тело, как гордая лесная сосна; на голове у нее такая масса волос, уложенных в корону, что зимой она лишь изредка обматывала их шарфом. Двигалась она с величием, которое, как представляла себе Гвеннан, было присуще королевам, когда она не только представительствовали, но и правили.

Впрочем, в самой жизни Гвеннан было мало оснований для суждений. Как у племянницы Нессы Даггерт, у нее были очень ограниченные возможности для общения. Всякое расширение физических горизонтов строжайше преследовалось. Мисс Несса отвечала за городскую библиотеку, и вся ее жизнь была посвящена выполнению долга. Она воспитывала Гвеннан: взялась за это очень неохотно, исключительно из чувства долга, после гибели непоседливых своевольных родителей девочки. По городским стандартам, она делала для девочки все возможное. Ее кормили и одевали в соответствии со строгими представлениями мисс Нессы о приличиях; впрочем, эти представления все в большей мере оспаривались внешним миром.