— Мы гораздо увереннее можем ответить, кто ее не строил, чем кто построил, — поторопился объяснить Лигмер.

На лбу у него выступила испарина. Хотя он и был спорщиком по натуре, но сохранял хладнокровие и никогда не оскорблялся в дискуссиях, которые вел от самого Кэтродина со священником и Ференцем.

— Какова же в таком случае история Станции? — продолжал расспросы Ланг.

Лигмер пожал плечами.

— Ну, она появилась здесь еще до того, как расы Рукава открыли космические полеты. Это мы знаем точно. Станция столь огромна и сложна, что никто не верит, будто это всего лишь промежуточный пункт, полустанок, хотя мы ее так и называем. Вероятно, это либо гигантский межзвездный корабль, способный взять на борт население планеты, либо что-то вроде постоянной торговой базы иной расы, которая населяла Галактику еще до возникновения человечества.

Ланг кивнул.

— Значит, ее возраст невозможно определить, — предположил он.

— Да, практически невозможно. Станция самообновляется. Энергию она черпает от ближайших звезд и преобразует в любое необходимое вещество. Точно известно, что Станция находилась здесь более тысячи лет, когда глейсы вышли за пределы своей системы и добрались до нее. Ее наблюдали в телескопы — как с Глея, так и с Майкоса, — на протяжении как раз такого периода времени.

Офицер с Пагра встала с легким звяканьем, и все поняли, что она слегка выдвинула меч из ножен и забыла вернуть его обратно. Она была великолепна как женщина. Под ее красновато-коричневой кожей мускулы перекатывались, словно волны в маслянистой воде. Стройные ноги и шея были так длинны, что она почти задевала потолок бритой головой.

— Вы чужак, — сказала она Лангу тоном, который среди пагов считался дружелюбным. — Предупреждаю ради вашего же блага: никогда не верьте тому, что говорит кэтродин. Шансов за то, что он лжет, больше половины.