- Верно, - горделиво сказал Колобов. - Цилька у меня такая. Баба что надо. Тогда последний вопрос: кто стоит за этими гадами из империи Моммр?

- Ни за что не угадаешь!

- Неужто Бабьев? Сильно он вчера пасовал на трех тузах против меня.

- Мелкая, ничего во вселенной не значащая планетка Шушуга, куда свозят всякий галактический хлам, если ему не найдется иного применения.

- Ежикян? На техсоветах все время на меня тянет.

- Газопылевая туманность без всяких перспектив на планетообразование!

- Сдаюсь, - Колобов поднял руки кверху. - Не иначе, как сам шеф Пентагона.

- Вольф.

- Кто-кто?!

- Вольф. Надежа наша и светило, без пяти минут доктор наук, обладатель самых твердых моральных устоев во всем нашем славном институте, да и в городе тоже.

- Быть того не может! Он же такой положительный, что его в электролизе можно использовать вместо анода!

- Вот именно. Недавно он имел беседу с директором о необходимости сокращения штатов и перехода на новую систему премирования. Предлагал в частности упразднить вашу лабораторию, свернуть тематику, а фонды передать на более перспективные разработки.

- Но ведь если по совести, правильно же предлагал!

- Неправильно, Колобок. Беда не в вашей тематике, а в том, что вы ее завалили. Ваша работа, доведи ее кто-нибудь до ума, ничуть не плоше того, чем занят Вольф. Но он будущего за ней не видит, не знает людей, которые бы ваш завал расковыряли. И поэтому не без оснований полагает, что его личная синица в руках полезнее вашего убогого заморенного журавля.

- Вообще-то есть в нем что-то от автомата, - заметил Колобов раздумчиво. - Поговаривают, он никуда, кроме библиотеки, не ходит.

- Ходит, - возразил Дедушев. - На теннисный корт. Полезно для здоровья, а здоровье нужно для реализации его, Вольфа, замыслов. Кто же, в самом деле, будет двигать науку? Не ты же, куряка и лентяй. Не мусорный же Бабьев, не Ежикян газопыльный. Он, Вольф.