Он держал Лею в поле зрения, хотя временами ее каштановая коса терялась в толпе народа. Для Хэна стало настоящим сюрпризом то, что семья Соло может остаться неузнанной на людях, но, похоже, они могли опознавать в лицо только звезд головида. Наверное, даже Глава государства Омас мог прогуливаться здесь и никто бы не подумал о нем больше чем: «какой–то человек со смутно знакомым лицом, имени которого я не помню. Возможно, это тот парень, который читает вечернюю сводку новостей».

Хэн вслед за Леей прошел в вестибюль здания, в котором находилась их квартира, и обнаружил, что она ждет его в турболифте. По сравнению с их квартирой на Корусканте эта была убогой. Впрочем, сейчас убогость их жилища была вполне к месту.

Ну, и что ты сделаешь сразу же, как только мы войдем в квартиру? – спросила Лея.

— Позвоню Джейсену.

— Хорошо. Схватываешь на лету. Не кричи на него, договорились?

На пятьдесят шестом этаже двери лифта открылись, и перед ними открылся коридор, устланный бежевым ковром с несколькими грязными заплатами. Лея сделала три длинных шага к двери их жилища, затем остановилась и вытянула левую руку в сторону, заставив Хэна застыть на месте. То, что другая ее рука при этом скользнула в складки накидки и появилась обратно, сжимая световой меч, побудило его вытащить бластер.

— Что–то услышала? – озадаченно прошептал он.

Они медленно и тихо приблизились к двери квартиры.

— Что–то почувствовала, — ответила Лея.

— Опасность?

— Нет, но что–то неправильно.

Они встали по обе стороны от двери и обменялись взглядами, в которых читалась одна и та же мысль: «Кто может знать, что мы здесь?».

Лея провела ладонью над дверью, не касаясь ее, и покачала головой.

— Внутри никого нет.