Боба огляделся.

— Вот! — прошептал он. Почти в конце комнаты он высмотрел оставленный стол. На нем еще оставались тарелки. Боба быстро осмотрелся, убедившись, что до него никому нет дела. Он, как бы между прочим, начал пробираться к столу.

— Да! — прошептал он себе. — Есть!

Кто‑то оставил целую тарелку робы нетронутой. Рядом дымилась тарелка с горой бобов яна. Боба приблизился, схватил робу и положил в рот.

Все еще теплая! Он откусил, прожевал и проглотил; затем потянулся к яну.

— Эй!

Боба сглотнул. Он повернулся и увидел высокую женщину в форме пилота с Миркра. Она зло смотрела на него, ее рука лежала на бластере у бедра.

— Ой, извините, — пробормотал Боба. — Я думал, что это мой стол.

Другой пилот появился позади первого. Боба начал пятиться назад, когда огромная рука сокрушительно опустилась на его плечо.

— Мандалорианская мразь! — произнес глубокий голос. — Ты смеешь дышать тем же воздухом что и я?

Боба быстро обернулся. Он посмотрел вверх и увидел фигуру почти трехметрового роста. От закрытой шлемом головы до ног в ботинках он был покрыт блестящими щитками доспехов. Он держал бластер длиной с руку. Ножи и другие бластеры висели на поясе.

Но хуже всего было то, что он носил на груди: багровое изображение мандалорианского черепа.

— Что‑то не так, Дурдж? — спросил один из пилотов.

Дурдж.

Боба уставился на него. Руки и шея неожиданно похолодели. Перед ним стояла впечатляющая личность. За его шлемом горели злые красные глаза.

— Когда я вижу мандалорианца, — произнес Дурдж, поднимая руку, — Всегда что‑то не так. Особенно, если это тот, кого граф Дуку просил меня поймать.