Только граф мог все объяснить, но Боба еще не встретился с ним. Можно сказать, что граф в своем подземелье встретил его гостеприимно, выделил ему комнату со столом, стулом и кроватью, на которую измученный Боба немедленно завалился спать.

Сейчас он проснулся, но граф все еще никак не проявил себя.

— Есть, кто ни будь?

Нет ответа.

Пройдясь немного, Боба увидел комнаты, на половину заставленные каким‑то странным оборудованием, часть которого было запаковано в ящики.

Со стороны послышались какие‑то звуки. Голоса. На разных языках. В залитом тусклым светом коридоре Боба увидел едва различимые фигуры, спешащие за угол.

Там что‑то происходило. Но что именно?

Очевидно, граф хотел держать его подальше ото всех. Хотелось думать, что это лишь потому, что его хотят проверить, прежде чем взять на службу, на которой раньше был его отец.

Хотелось так думать.

Комната, в которую поселили Бобу, была окрашена в белый цвет и освещалась светящимися панелями на потолке. Как и все остальные, которые он до сих пор видел, комната была заброшенной и ветхой. Очевидно въехав сюда, граф не собирался оставаться надолго.

Боба знал, что находится под землей. После того как его высадила Аурра Синг, он попал сюда сквозь склон холма. Это все, что ему было известно о месте своего пребывания. Он был далек от внешнего мира, и еще дальше от любого места, которое знал прежде. Сейчас он находился в изоляции, под контролем графа.

Боба знал, что не останется в комнате на весь день. Чему он научился за те ужасные дни, после смерти его отца, так это действовать не колеблясь. Боба продолжал идти вглубь коридора, которой привел его в другой коридор. Голоса приблизились.

«Найти бы потом дорогу обратно в свою комнату», — подумал Боба. В комнате, в которой он спал, осталась его сумка. Это была единственная вещь, оставшаяся в наследство от отца.