Пещера выходила на северо-восток, так что с рассветом стало светлей. Когда Джонатал растолкал Кинкара, было еще довольно темно. Кинкар потер глаза и проглотил несколько кусков дорожной лепешки, которые ему сунули в руки. Ларнгов оставили в пещере, Тоси вызвался остаться с ними. И вот четверо из крепости и проводник Оспик вышли на широкий карниз и словно оказались на насесте морда высоко над долиной.

Внизу все было покрыто снегом, разглаженным ветром. Но в одном месте снег утоптан, смешан с грязью. Это дорога. И чтобы остался такой заметный след, дорогой должны пользоваться часто. Однако вокруг дикая местность, никаких следов цивилизации.

- Ваша дорога на равнины, - указал Оспик. - Но тех, кто пользуется ею, придется подождать, лорды. По ней движутся только при дневном свете.

Поэтому бросили жребий, кому оставаться на посту, а остальные вернулись в пещеру. Первым караулить выпало Кинкару, и он забавлялся тем, что создавал план засады, как делал Реген. Тут отличное место для засады, особенно для лучников. А вот для старомодного способа, схватки один на один, это место подходит хуже. Отсюда, с карниза, можно воспользоваться неожиданностью и оставить тех, кто находится внизу, без офицеров.

Снег приглушал звуки, и процессия внизу появилась совершенно неожиданно. Кинкар, считавший себя опытным воином, был пристыжен. Его предупреждающее шипение вызвало остальных.

Кинкар, привыкший к торговым караванам, с их неторопливыми фургонами, или к быстрым всадникам, с удивлением разглядывал отряд внизу. Были там люди верхом на ларнгах, все гортиане, конечно, хотя одеты и вооружены они несколько по-особому. Но за всадниками виднелось нечто совершенно неожиданное. Шли два вьючных ларнга на расстоянии в десять футов друг от друга, к ним привязана металлическая цепь. От нее через равные промежутки отходят другие цепи, потоньше. Их четыре пары, и каждая заканчивается ошейником, а ошейник на горле спотыкающейся, качающейся, стонущей фигуры.