— Вы уж постарайтесь, — проворчал посол. — И рассчитайте курс таким образом, чтобы полет занял минимум времени.

Старший помощник капитана Трент бросил на Панкова мрачный взгляд, чего тот, по счастью, не заметил.

— Понятно, посол, — ответил Роман, сохраняя нейтрально-вежливое выражение лица.

Панков отрывисто кивнул и замолчал. Они вместе следили за устойчивым продвижением красной линии. В тот момент, когда она уже почти уперлась в край, свет ламп на мостике внезапно потускнел и половина индикаторов на пульте управления сменила цвет с зеленого на красный, а потом на темно-голубой.

«Драйден» прибыл на место.

— Лейтенант Нассмейер? — окликнул Роман, включая центральный дисплей.

Экран ожил. На нем была видна россыпь звезд, а чуть левее центра — оранжево-красный шар солнца.

— Вышли на цель, — доложил Нассмейер, изучая дисплей пульта управления. — До Паука чуть больше семидесяти тысяч километров.

Солнце впереди, это хорошо; значит, его притяжение не только не будет мешать, но даже поможет.

— Отлично, лейтенант. Рассчитайте курс с учетом минимального подлетного времени и… — Роман искоса взглянул на Панкова. — Пусть будет полтора g.

— Есть, сэр. Примерно девяносто минут до выхода на орбиту.

— Прекрасно. Выполняйте.

Система оповещения о начале включения ускорения завела свои трели, и капитанский мостик начал разворачиваться по ходу вектора движения. Вслушиваясь в сопутствующие развороту пощелкивания и скрипы, количество и громкость которых заметно возросли, Роман молился, чтобы оборудование выдержало до возвращения домой. Когда капитанский мостик неправильно ориентирован, попытка управлять даже таким относительно небольшим боевым кораблем, как «Драйден», могла дорого обойтись.