Лекс хлопнул его по плечу.

— Слушай, а здесь такой бизнес можно открыть нешуточный в этом доме! Ты подумай только, экскурсии водить, большие бабки зарабатывать.

Дан мотнул головой.

— Нет, это не для всех. Не каждый увидит. Я боялся, что и ты не увидишь.

Они стояли на площадке четвертого этажа, залитой светом из огромного панорамного окна справа. Архитекторы любили в последнее время ставить в подъездах такие окна. Теперь рядом с этим окном стоял Лекс и ошалело глядел на улицу. Вернее, на то, что было вместо улицы.

— Где это мы?

Дан подошел ближе.

— Не знаю.

Там, за толстым тройным стеклопакетом, был день. Солнце висело в безоблачном желтом небе, а внизу, вместо пустыря, трассы и дальних городских кварталов, расстилалась каменистое поле, покрытое кривыми засохшими деревцами вперемешку с россыпями серых булыжников. Дальше к горизонту поле терялось в тумане, а над туманом синели отроги далеких гор.

— Похоже на Монголию, — сказал Лекс. — У меня там отец служил. На фотографиях пейзаж в точности такой же.

— Это не Монголия. Я не знаю, что это. Поехали дальше. Здесь мало интересного.

Но Лекс еще долго стоял, прижимаясь лбом к стеклу и вглядываясь куда-то вниз. Потом нехотя оторвался от зрелища и на негнущихся ногах поплелся к лифту.

Двери закрылись. Дан не долго думая, нажал седьмую кнопку.

— Там были двойные тени, — тихо сказал Лекс, глядя в пустоту перед собой. — От скал. Двойные тени. Словно за домом всходило еще одно солнце.

Дан пожал плечами.

— Я же сказал. Это не Монголия.

— А что же это?!

— Не знаю. Наверное, это можно считать галлюцинацией. Может, дом стоит в некоем странном месте, которое показывает нам разные интересные картинки. Может еще что.

Лифт остановился.

На седьмом этаже не было слепящего света. Свет здесь был мягким, почти сумрачным. И зеленым.