Постояли у закрытой двери, ведущей на крышу, гадая, что бы увидели там. Потом также по порядку стали спускаться — четырнадцатый, тринадцатый, двенадцатый. На двенадцатом уже не было далекого космоса, там были какие-то пещеры, искрящиеся сталактиты и подземное озеро с черной, блестящей как масло, водой. На одиннадцатом было светло и тепло, был пляж, лазурное море и странный город на горизонте с розовыми стенами и белыми башнями. На десятом тоже было море, но свинцово-черное, тяжелые волны разбивались о голые скалы, на вершине которых угадывались низкие постройки с узкими тускло освещенными окнами. Девятый, восьмой, седьмой…

На шестом Дан долго стоял у окна, напряженно вглядываясь в городской пейзаж за стеклом. Город был похож на современный, только почище и поуютнее, с маленькими коттеджами среди ухоженных парков. С прямыми лентами дорог, по которым проносились причудливые автомобили. Потом Дан сказал: «Не то» и отвернулся.

А Лекс наконец понял и произнес: «Я знаю, что ты ищешь. Роботы на лампочках, черно-белые телевизоры во всю стену, радио, коммунисты. Да? Не найдешь. Здесь не придуманные миры. Настоящие. По крайней мере, я так думаю». Дан не ответил. Просто нажал очередную кнопку.

Он нашел этот мир только с третьего захода. На девятом этаже. Огромный мегаполис с зеркальными иглами стоэтажных зданий, монорельсовыми дорогами и многочисленными летательными аппаратами странного вида. Дом висел высоко над городом, время от времени скрываясь в густых белых облаках. Отсюда было видно даже далекое поле космодрома с серебристыми дисками космических кораблей.

— А ты уверен, что у них тут коммунисты и черно-белые телевизоры? — насмешливо спросил Лекс.

Дан был уверен. Неизвестно почему, но что-то говорило ему — это тот самый мир. Справедливый, добрый, с веселыми, уверенными людьми, первопроходчиками, учеными и исследователями.

И тогда Лекс рассмеялся.

— Я понял! Это не настоящие миры. Это всего-навсего виртуальность! — он бесцеремонно оттолкнул приятеля. — Это — экран, а там — компьютерная игрушка. Смотри — здесь даже клава есть. И джойстик! — Он протянул руки к подоконнику, словно сжимая нечто невидимое. — Как мы их раньше не заметили?



8 из 10