... Друзья иногда предают, дети уходят, а эти яблони всегда с ним. Они удивительно постоянны. Весной, когда сильнее начинает пригревать солнце, однажды на рассвете яблони вдруг вспыхивают неукротимым бело-розовым огнем. Очень скоро их хрупкая красота осыпается пахучим дождем подвядших лепестков, и среди зелени листьев колеблются на ветру сотни робких завязей...
- До какой Вертикали было ближе?
- До Восточной.
- Вниз ему ни к чему. Значит, он поехал до Западной...
- Зачем ему покидать свой уровень, отец? Здесь есть, где спрятаться, затаиться...
- Что ему тут делать? Думаешь, побежит на карусели кататься?
- У него была своя карусель!
- Неважно. Не мешай. Патрульных шестого опросили?
- И пятого, и шестого - настолько быстро, насколько смогли. Никто не видел. В Вертикали каждого уровня триста станций, в них по шестьдесят участков. Это минимум восемнадцать тысяч патрульных. Кто-то бы все равно его заметил - с пятого на шестой уровень доступ свободный, но на седьмой без ИНа не попасть.
Старик снова взглянул на яблони. Пройдет совсем немного времени, и тугие красные яблоки пригнут ветви к земле - словно для того, чтобы он мог легко достать их. Яблони отдадут свой урожай, и потом еще долго одинокими вечерами он будет в темной кладовой трогать, гладить, перебирать пальцами собранные в плетеные корзины, до красноты нагретые солнцем плоды, вдыхать запахи ушедших теплых дней и вспоминать, вспоминать...
- Уверен, что на шестом его уже нет. Я всегда считал, что мы слишком мало платим службе порядка. Все эти твои патрульные не прочь подзаработать.
- У него не было денег, отец...
- Хватит! Ищите его у складов, тех, куда перемещаются грузы для немедленной отправки, то есть... у северной Вертикали седьмого уровня. Задержать вылет грузовых модулей вы не в состоянии?
- Мы потом не расплатимся.
Старик кивнул.
... Желтый листопад укроет землю под яблонями, листья пошуршат, потемнеют и скрутятся, как от огня бумага. Ляжет снег, и яблони снова будут белыми - яркое украшение скромного поместья с небольшим домиком, с маленьким, но, слава Богу, своим солнцем, работающим в старомодном режиме "весна-лето-осень-зима"...