Над роботами нависали широкие карнизы, колонны и лоджии. Еще выше на высоту уходили черные полосы галерей, и там, наверху, виднелись спансы. Их было великое множество, белых, любопытных мордочек среди окаменевшего хаоса балконов. Колизей! Грубая копия из истории человечества - вот что это было! Слабое подобие оригинала, вывернутое наизнанку и раздутое до кошмарных размеров, казалось, вылезло из вчерашнего фильма. Каким образом простенькая техника спансов смогла создать подобного исполина, я решительно отказывался представлять. Сразу закрутился барабан памяти. Воспоминания телесериала и обрывки собственных знаний истории перемешались, В ушах звенели латы, перед глазами смуглый раб-фракиец хладнокровно бьет коротким мечом в красный щит, стараясь запугать угрюмого мавра с трезубцем и сетью. Секундная пауза, треск скоротечного боя, и вот уже предсмертный вопль утонул в восторженном реве зрителей. Разрубленный трезубец лежит на песке, а рядом его обезглавленный обладатель, запутавшийся в собственной сетке...  Куда я попал? Неужели мой пленитель доставил меня прямиком на ристалище? Если и были сомнения, то они сразу рассеялись при виде агонизирующей публики. Милые, спокойные зверьки буквально выворачивались в азарте. Как жаль, что не видят их сейчас наши дети. Чернильная пустота самой нижней галереи чем-то пугала, спансы не спускались под ее своды, предпочитая глазеть на происходящее сверху. Надвигалось что-то угрожающее, даже сквозь броню я чувствовал наэлектризованную атмосферу ожидания. Идиотская ситуация: я, человек, ничего на знаю, а собранные людскими руками машины обо всем осведомлены. Но постойте! Раз это гладиаторский бой, то где же противник? Великий отец, лучше бы я поменьше гадал. Едва мой взгляд пересек ширь йоля, как натолкнулся на противоположную стену и серебряный кант у ее основания. Там, на противоположной стороне арены, топталась в ожидании вторая группа роботов. Теперь, когда я уже мог позвать на помощь, меня волновал только пульт.