Президент, совершенно обалдевший от этих слов, только и смог сделать, что молча кивнуть головой ему в ответ. По его физиономии было видно, что более всего ему хотелось сейчас отдать приказ о немедленном расстреле этого наглого и бесцеремонного типа. Несколько минут он молчал, прежде чем смог вымолвить через силу:
– Хорошо, Игорь Сергеевич, я, пожалуй, не стану делать трагедии из того, что вы позволяете себе разговаривать со мной так дерзко. Со слов генерала Свирского у меня сложилось о вас совсем другое мнение. Впрочем, я не сужу его строго, вы давно уже работаете в другом месте, а потому он мог и не знать о том, что ваш характер так испортился за эти годы. В конце концов для нас всех сейчас важно совсем другое, как можно скорее построить новый "Буран" и подготовить его экипаж к полёту. Увы, но вы действительно в настоящий момент незаменимый человек. Ваш бывший командир привёл мне весьма убедительные факты в доказательство того, что программа подготовки космонавтов, которые должны были летать на "Буране", самым разительным образом отличается от стандартной программы.
Полковник снова фыркнул и ответил, нахально поправив президента страны:
– Маршала Свирского, господин президент, маршала. А вот характер у меня испортился совсем недавно, сразу после разговора с вашим охранником. Вот уж он-то первостатейнейший хам, доложу я вам, господин президент. Да, и эта ваша кремлёвская процедура с мытьем рук специальным раствором мне тоже не очень-то понравилась. Право же, будь у меня выбор, я лучше бы вообще отказался ехать в Кремль, чем так унижаться. У меня даже возникло такое ощущение, словно вы считаете всех людей прокаженными.