Джон попытался не подчиниться.
— Эй, в чем дело? У вас есть ордер или что-нибудь в этом роде?
Полицейский, остановившись, казалось, досчитал до десяти, а затем медленно ответил:
— Сынок, у меня нет ордера, но если ты тот самый Джон Томас Стюарт, которого я ищу, а я знаю, что это так, тогда, если не хочешь, чтобы с этим космическим как его там, кого ты приютил, случилось что-нибудь опасное и неприятное, тогда лучше заткнись и пойдем с нами.
— Да-да, я пойду, — поспешно сказал Джон Томас.
— Хорошо. Не доставляй мне больше забот.
Джон Томас молча последовал за ними.
В те три минуты, за которые патрульная машина домчалась до деловой части города, он пытался выяснить, насколько плохо обстоят дела.
— Мистер патрульный? Никто ведь не пострадал, да?
— Сержант Мендоза, — ответил патрульный. — Надеюсь, что нет.
Джон Томас задумался над этим мрачным ответом.
— А Ламокс все еще в «Бон Марше»?
— Это ты его так зовешь — Ламокс? Не слишком выразительно для такой твари. Нет, мы его оттуда выкурили. Он под виадуком Уэст Аррайе… надеюсь.
Ответ прозвучал зловеще.
— Что вы имели в виду под «надеюсь»?
— Ну, сначала мы блокировали улицы Мейн и Гамильтон, затем все же выгнали его из магазина с помощью огнетушителей. Ничто другое на него, казалось, не действовало. Дубинки от него лишь отскакивали. Слушай, из чего сделана шкура этого зверя? Из легированной стали?
— Ну, не совсем, — ирония сержанта Мендозы была так близка к его опасениям, что Джону Томасу расхотелось продолжать беседу. Он все еще беспокоился, не полакомился ли Ламокс каким-нибудь железом.
После съеденного бьюика в его росте произошел невероятный рывок: за две недели он вырос от размеров гиппопотама до своих нынешних невероятных габаритов, гораздо больших, чем был во все предшествующие годы. От поглощенного железа он сильно вытянулся в длину, и кожа его напоминала брезент, натянутый на каркас. Его неземной скелет выпирал через кожу. Понадобилась трехлетняя высококалорийная диета, чтобы он снова пополнел. С этого времени Джон Томас старался держать металл подальше от Ламокса, особенно железо, хотя ранее отец и дедушка всегда подкармливали его кусочками металлолома.