Между тем Ламокс терся о его ноги и издавал звук, весьма похожий на мурлыкание. Джон напустил на себя строгий вид.

— Нехороший Лами. Нехороший, нехороший Лами… Ну почему ты такой глупый, а?

Ламокс выглядел смущенным. Он опустил голову и широко открыл рот.

— Я не хотел, — запротестовал он своим девчоночьим голосом.

— Не хотел! Не хотел! Ты никогда не хочешь. Вот возьму и запихну твои передние ноги тебе в глотку. Понял? Нет? Изобью тебя в кашу, а затем сделаю из тебя коврик. Никакого тебе ужина. Не хотел, вот уж действительно!

Ярко-красный автомобиль подлетел ближе и повис в воздухе.

— Все в порядке? — спросил шеф Драйзер.

— Конечно.

— Хорошо. План таков. Я отодвигаю ту преграду впереди. Ты отводишь его назад на Хиллкрест, поверху, через разводной мост. Там тебя будут ждать сопровождающие. Ты следуешь за чудовищем и остаешься с ним всю дорогу. Понял?

— Лады. — Джон Томас увидел, что в обоих направлениях дорога блокирована специальными щитами на случай беспорядков — тракторами, на которых впереди смонтированы тяжелые плиты, чтобы можно было ставить временный барьер через улицу или площадь.

Такое оборудование было стандартным для любых сил обеспечения городской безопасности со времени волнений девяносто первого года, но он не помнил, чтобы в Уэствилле когда-либо это применяли. Джон начал сознавать, что день, когда Ламокс оказался в городе, не скоро будет забыт.

Он был рад, что Ламокс слишком робок, чтобы начать жевать эти стальные щиты. Появилась надежда, что его зверь весь день был слишком занят, и у него не нашлось времени есть металл.

— Ладно, давай выбирайся из этой дыры. Мы идем домой.

Ламокс охотно подчинился. Виадук снова задрожал, когда он задел за него.

— Сделай мне седло.

Средняя часть туловища Ламокса прогнулась. После некоторого раздумья часть его спины приняла контуры, напоминающие стул.