— В любом случае я полагаю, что вы говорите от имени всех землян?

— Как я могу говорить от имени почти биллиона разных людей? Знаете ли, мой авторитет не так уж и высок. Всего лишь настолько, насколько это необходимо. Однако я сделаю все, что смогу, если только вы мне скажете…

— Земля находится в невероятном упадке, — резко сказал Фелджи.

— Возможно, вы правы. — Тон Рамакана был мягок, но он рассердился, хотя и пытался оставаться вежливым. — Иногда я и сам так думаю. Однако разве это имеет какое-то отношение к настоящему предмету нашего обсуждения — чем бы он ни был?

— Вы бросили нас… — сказал Фелджи, и теперь ярость и ненависть слышались в его голосе, отражаясь в блеске его глаз. — В течение девяти веков Земля жила в роскоши, в то время как люди созвездия Псов сражались, страдали и умирали в этом худшем из миров, хуже, чем в аду.

— Но зачем же было нам отправляться к созвездию Псов? — спросил Рамакан. — После того, как несколько космических кораблей основали там колонию, — ну, у нас была целая Галактика. Когда с вашей звезды больше не стали приходить корабли, я полагаю, было решено, что все люди там погибли. Возможно, что кто-то и поехал туда, чтобы это проверить, но требовалось целых двадцать лет, чтобы туда добраться, да и общество там было негостеприимным и неблагодарным, а вокруг было так много звезд. Потом появились устройства для создания различных вещей, и на Земле больше не стало правительства, которое контролировало бы подобные дела. Путешествие в космос стало делом личным, и не было ни одного человека, который проявил бы интерес к Прокиону. — Он пожал плечами. — Извините.

— И вы еще извиняетесь! — Фелджи выплюнул слова. — В течение девяти веков наши предки сражались за свою планету, голодали и умирали в нищете, опустившись почти что до варварства, и им нужно было убивать почти на каждом шагу, вели самую жестокую войну в истории с Цернигами, нескончаемые столетия войн, пока одна раса не уничтожит другую.