Смотреть, в общем-то, уже было не на что, кроме кусков бледной плоти, желтой слизи и черного твердого шара величиной в два кулака – вот и все, что осталось от искромсанного червя. Пока он рассматривал свою находку, дриады медленно подошли к нему, и Тихальт отступил. С удивлением он наблюдал, как дриады столпились вокруг порванной добычи; и тут человеку показалось, что они оплакивают изувеченное существо. Через некоторое время с помощью гибких конечностей плакальщики подняли черный кокон, и один из них понес его прочь, держа высоко на своих руках-ветвях. Тихальт последовал за ними и зачарованно наблюдал за тем, как рядом с рощицей стройных деревьев с белыми ветвями дриады закопали черный шар.

Вспоминая обо всем этом впоследствии, он удивлялся тому, что не сделал попыток вступить в контакт с дриадами, этими разумными существами. Раз или два, когда он еще оставался на планете, такая мысль приходила ему в голову; но он отбрасывал ее, вероятно, вследствие того, что он ощущал себя пришельцем, вторгшимся в чужой мир, неуклюжим и очень шумным созданием, пытавшимся нарушить покой этой сказочной страны. Дриады же, со своей стороны, относились к нему как бы с вежливым безразличием.

Через три дня после случая с червем Тихальт случайно вернулся к рощице деревьев и, к своему удивлению, обнаружил бледный побег, растущий из земли точно на том месте, где был зарыт кокон. На верхушке его бледно-зеленые листья уже разворачивались к солнцу.

Тихальт отступил и внимательно рассмотрел рощицу, каждое из деревьев в ней, вполне возможно, произрастало из кокона, прежде бывшего в теле подземного червя! Он внимательно осмотрел листву, корни и кору, но не обнаружил ничего, что подтверждало бы такое предположение.

Тихальт окинул взглядом долину и остановил его на гигантах с темной листвой. Не были ли это две разновидности одной породы?

Он прошел мимо группы дриад, которые уставились своими пурпурно-зелеными глазами на мешочек, который сорвал Тихальт, идя по роще.