– Поймите, Гастон, вы нужны в качестве снайпера. В этом бою нам необходимы два опытных стрелка, которые умеют работать с оптическим прицелом… – Для вящей убедительности подполковник показал ему два пальца и вдобавок мобилизовал все свои скудные познания в области иностранных языков: – Ай нид ту снайперз.

Ферштейн? В смысле – компрене ву?

– Да, понимай. – Сморщенная маска исказилась пугающей пародией на улыбку.

– Капораль Басили – тоже снайпер. Гастон и капораль будет стрелять на инсургентов.

– Вот и замечательно. Сначала вы убьете караул… как это по-вашему… гарде. Потом стреляйте по деревне. Дошло?

– Да-да, конечно, командор. – Машен беспомощно развел руками. – Но я очень хотель батали на ферма. 0-ля-ля, это такой удовольствий!

– В деревне подраться хотелось? Штурм населенного пункта – сложная форма боевых действий, – строго напомнил подполковник. – Сложная и опасная. Иди,

Гастон, и будь готов.

«Только лягушатника мне там не хватало, – раздраженно подумал Сергей, провожая взглядом широченную спину француза. – Отвечай потом, если с иностранцем что-нибудь случится». Конечно, старик был очень хорош в рукопашной, но со снайперской винтовкой в руках он сегодня принесет куда больше пользы.

«Финисты» наскоро перекусили холодными консервами (разводить огонь означало бы демаскировать подразделение), и командир дал команду строиться.

По прямой от рощи, где они разбили лагерь, до превращенного в опорный пункт Чарых-Мартана было чуть больше километра, однако их разделяла глубокая пропасть.

В Гражданскую войну где-то поблизости каратели окружили отряд легендарного Шерипа Ахтаева, и с тех пор это место называлось Ущельем Красных Партизан.