Мишель обладал изысканным вкусом, знал западную моду, и, очевидно, именно он воспитал в ней любовь к неброским, но стильным классическим туалетам от дорогих парижских домов. Он также подобрал ей косметику и отыскал именно те ароматы, которые стали ее «фирменным знаком» на долгие годы.
Как журналист западного издания, Мишель автоматически получал приглашения на все сколь-либо значимые события культурной жизни столицы и стал брать с собой Натали на театральные премьеры, концерты и выставки. Для нее это явилось еще одной школой воспитания художественного вкуса и расширения кругозора. Мишель был страстным поклонником джаза. Впрочем, в то время все молодые люди, считающие себя интеллектуальной элитой, увлекались джазовой музыкой. Не знать композиций и не восхищаться игрой Паркера, Монка или Колтрейна расценивалось в их среде как если бы вы не читали Пушкина, Лермонтова или Некрасова. Тогда в Москву впервые приехал американский биг-бэнд
Натали охватил восторг. С этого момента она стала рьяной почитательницей джаза. Особенно ей нравился джазовый вокал, который она с наслаждением слушала на квартире у Мими. Мишель обладал большой коллекцией американских пластинок, и Натали просто растворялась в завораживающем исполнительском искусстве Фрэнка Синатры, Дина Мартина, Эллы Фитцджеральд и Дорис Дей. Этим вокалистам американской популярной и джазовой музыки она поклонялась всю жизнь.
А Мишель Готье стал для нее прообразом «настоящего француза», которого она непременно однажды встретит. В этом она ни секунды не сомневалась.