– Есть второй! – харвестер Дела Келлума сбросил наполненную цистерну. К этому моменту каждый из пяти кораблей-черпалок отправил загруженное экти. Сборщики находились на Велире меньше трех часов, и это уже был полноценный рейс.

– Неплохо мы облапошили этих гидрогов! – излишняя болтливость Келлума по связи выдавала его волнение. – Хотя я предпочел бы хлопнуть неприятеля парочкой комет! Как ты на Голгене, Джесс.

Джесс зло усмехнулся. Бомбардировка Голгена, ответный удар, сделала его героем Скитальцев, и он надеялся, что планета теперь необитаема, все враги уничтожены.

Теперь многие кланы смотрели на Джесса с уверенностью, что он продолжит бунт против абсурдного запрета чужаков.

– Я лишь следовал за своей Путеводной Звездой, – уклончиво отозвался он.

– У нас с тобой много общего, – сказал Келлум, его голос теперь был приглушенным, ибо он переключился на личную частоту. – И если вдруг ты задумаешь еще одну бомбардировку, можно мне подсказать для нее адресок?

– Что ты имеешь против Велира? – удивился Джесс. Затем он вспомнил: – А, ты же хотел жениться на Шарин Пастернак!

– Да, будь я проклят! – выругался Келлум. Шарин Пастернак была капитаном небесной шахты на Велире. Эта женщина имела особенно едкое чувство юмора и крутой нрав, но Келлум восхищался ею. Это было бы вторым браком для обоих. Если бы шахта Шарин не была уничтожена одним из первых нападений гидрогов.

Еще три цистерны, загруженных экти, отправились в полет. Триш Нг, пилот второго корабля-наблюдателя, вдруг начала неистово сигналить Джессу, оборвав разговор.

– Сенсорные буйки! Проверь показания, Джесс!